Свою оценку состоянию лесных насаждений на повреждённом пожаром участке в районе Красноярки дали учёные Омского ГАУ им. П.А. Столыпина. Вместе с работниками САУ «Омский лесхоз» и Главного управления лесного хозяйства Омской области они побывали на деляне, ставшей предметом обсуждения общественности на этой неделе.
Весной прошлого года в этом бору произошёл пожар, охвативший более 20 га леса, и летом лесопатологи ФГБУ «Рослесозащита» дали рекомендации о проведении сплошной санитарной рубки. САУ «Омский лесхоз» провёл детальное лесопатологическое обследование, составил акты и в установленном порядке их обнародовал. Акты были размещены на официальном сайте ГУЛХ и направлены на проверку в Департамент лесного хозяйства по СФО, замечаний в адрес ГУЛХ не поступало. В 2020 – 2021 гг. были сделаны отводы выдела на восьми делянах общей площадью 7,9 га – там, где бор пострадал наиболее значительно. Стало очевидно, что эти деревья на этих участках мало того, что уже не восстановятся, но и будут нести угрозу насаждениям, которые их окружают.
«Верхового пожара не произошло, но по следам на деревьях видно, что огонь поднимался более чем на 4 метра, - делится наблюдениями кандидат сельскохозяйственных наук, доцент кафедры садоводства, лесного хозяйства и защиты растений агротехнологического факультета Омского ГАУ Николай Ненашев. – Мы обошли всю территорию, нет здесь ни одного дерева, которое не было бы чёрным. То есть во время пожара практически все деревья горели, и не только деревья, но и подстилка лесная. У всех возникает вопрос: как же так, крона зеленая, а деревья погибшие? Лес – это целая система, в которой все взаимосвязано, и каждый элемент выполняет определённые функции. При нарушении одного из циклов системы лес начинает болеть и либо приходит в негодность, либо постепенно теряет свою устойчивость. Сейчас трудно сказать, какой тут был пожар, но я могу предполагать, что устойчивый – судя по нагару, поскольку деревья прогорели практически все и на достаточно большую высоту – от 2 и более метров».
Данному насаждению, судя по таксационному описанию, 137 лет. За это время, по словам эксперта, накопилась очень мощная, толстая лесная подстилка, которая тоже вся выгорела при пожаре, ожоги в таких случаях образуются и на стволах деревьев, и на корневых лапах. «Самая уязвимая зона у стволов деревьев – это камбий – образовательная ткань, которая выполняет функцию увеличения роста дерева по высоте и по диаметру, - продолжает Николай Сергеевич. - При нагревании камбия он разрушается – достаточно 50 градусов, чтобы слой камбия погиб. При пожаре температура может достигать 900 градусов. То есть нельзя сказать, что дерево сгорело полностью и выгорело дотла, но произошли серьезные нарушения структуры роста. Замедляются процессы перемещения питательных веществ, смолодвижение, соответственно – ростовые процессы хвойного насаждения. Если посмотреть на деревья, видно, что огонь охватывал кору ствола. Камбий находится под корой, под ним идёт сама древесина (заболонь) и ядро. Они, конечно, не повреждены, но основной орган, который отвечает за деление и увеличение клеток в ростовых процессах, - камбий - повреждён. Стволы ослабляются, и на них нападают вторичные вредители, продолжая разрушать камбий, луб (внутреннюю часть коры), ослабляя деревья еще сильнее. Велика вероятность проникновения грибных спор в летные отверстия насекомых, из-за чего на деревьях развиваются грибные болезни».
Этот факт подтверждает кандидат сельскохозяйственных наук, декан агротехнологического факультета Омского ГАУ Алексей Гайвас. По его словам, сероватый цвет по контуру пней свидетельствует именно о том, что деревья были повреждены до спиливания: «Если бы это была просто плесень, то она бы стиралась, - говорит Алексей Алексеевич, проводя по ней пальцами. – А эта окраска никогда не сотрётся – здесь заселились сумчатые грибы. Они проникли в дерево именно в тот период, когда оно ослабло».
«На деревьях, сильно повреждённых огнём, нет уже и хвои зеленой, относительно остальных деревьев предполагаю, что они были подвержены меньшим температурам, тем не менее, процессы ухудшения роста видны, и в ближайшее время эти деревья будут ослаблены еще сильнее из-за вторичных вредителей, - подводит итог Николай Сергеевич. - Санитарная рубка была назначена, может быть, даже и с опозданием. Мероприятия по уходу надо назначать, чтобы не распространялись грибные споры, вредители. На этом месте, конечно, надо теперь создавать условия для восстановления».
Сеянцам, которые посадят здесь весной, эти вредители будут уже не страшны, утверждает Михаил Лещина, замначальника отдела охраны, защиты, воспроизводства лесов и организации выполнения государственного задания ГУЛХ: «Эти вредители (жук-короед, лубоед, черный сосновый усач и др.) - стволовые: в ослабленных стволах они откладывают личинки, которые делают ходы. После вылета вредители будут искать другую кормовую базу. Они не питаются молодыми ёлочками, а селятся именно во взрослых насаждениях: спелых и приспевающих, если они чем-то ослаблены, как в данном случае пожаром. Если повреждённые деревья не убрать, не увезти на распиловку вместе с порубочными остатками, вредители могут даже на здоровые насаждения заселиться: если им будет не хватать кормовой базы, то они будут её искать. Фоновое значение вредителя всегда присутствует, это живая природа, но с появлением кормовой базы – в данном случае в результате пожара – они активно размножаются».
На наиболее повреждённых деревьях эксперты находят только следы короедов – их ходы, а на повреждённых менее сильно – личинки. «Вот, видим, лётные отверстия, проделанные насекомыми, а вот и ходы, проделанные личинками. Чёрные ходы – более старые, светлые появились не так давно», - разъясняет Алексей Гайвас, легко отламывая кору одного из повреждённых деревьев.
Многие считают сплошную рубку слишком жёсткой мерой, полагая, что сгоревший бор можно было попробовать лечить. Алексей Алексеевич поясняет, что в случае, когда речь идет о стволовых вредителях в лесном насаждении, единственным способом борьбы с ними является именно санитарная рубка: «Пестицид должен проникнуть в ткань, по дереву разнестись, личинка должна начать питаться, и только тогда она умрет. Во-первых, это длительный процесс, во-вторых, опыты показали, что хвойные деревья после обработки пестицидами еще хуже будут себя чувствовать. Есть ещё метод шприцевания, когда яд нагоняется в каждое отверстие, но это же просто физически невозможно сделать, если говорить о лесе. Такие методы применимы для единичных ценных деревьев в черте города для сохранения одного - двух деревьев, и то не факт, что такой метод поможет спасти эти деревья».
«Хвойные породы нужно восстанавливать искусственным путём, - считает Николай Ненашев. - Со стены леса, конечно, могут налететь семена, но естественное лесовосстановление тяжело идёт. А искусственное, если здесь создать условия, нарезать минерализованные полосы плужные, провести посадку, возобновляются хорошо и продуктивно».
Происходящим в красноярском бору обеспокоилась Общественная палата Омской области, и на деляне побывал её представитель Анатолий Соловьёв. Как и все присутствующие, он убедился в том, что сплошная санитарная рубка была тут неизбежна. «Когда произошло такое «поголовное» выпиливание деревьев, естественно, в течение года должны начаться посадки», - добавляет он. Более того, Анатолий Алексеевич выразил желание лично принять участие в предстоящей весенней посадке: по его мнению, такую возможность следует предоставить всем желающим: «Я надеюсь, что в следующем году мы поднимем волонтёров, чтобы необходимое количество – порядка 35 тысяч саженцев – здесь высадить, так что со временем здесь будет живой, молодой бор».
Работы по сплошной санитарной рубке находились на завершающем этапе, но были приостановлены: версию о том, что санитарно-оздоровительные мероприятия незаконны, проверяют правоохранительные органы во взаимодействии с Главным управлением лесного хозяйства.
